Приветствую Вас, Гость! Регистрация RSS

САРАТОВСКАЯ ОЙКУМЕНА.

Понедельник, 20.08.2018

Ган Елена. Робкая «Жорж Санд».Текст: Ия Яковлева.

Биографическая справка:

Елена Андреевна Фадеева родилась 11 (23) января 1814 года в Ржищеве под Киевом в состоятельной дворянской семье.

Её отец – Андрей Михайлович Фадеев (1789-1867) – был, в Екатеринославе (Днепропетровск, Днепр) служил управляющим местной конторы Попечительского комитета об иностранных поселенцах Юга России.
Затем получил высокое назначение губернатором в Саратов.

Мать Елены Андреевны – Елена Павловна Долгорукая, высокообразованная дама, выдающаяся персона того времени, которая дала своим детям хорошее домашнее образование. Елена Павловна увлекалась естественными науками (ботаникой, орнитологией, палеонтологией, минералогией), а также историей, археологией и нумизматикой. Владела пятью языками.
Она  составила огромную коллекцию (50 томов в лист) рисунков с натуры растений флоры саратовской, кавказской, в общем, тех местностей, где ей приходилось жить; растения определяла сама  при помощи домашней библиотеки из лучших ботанических сочинений. Академик Петербургской академии наук Карл фон Бэр просил доверить ему эту коллекцию, чтобы сделать копии для Академии наук.. Елена Павловна вела переписку с президентом Лондонского географического общества Муочисоном (1792—1871), французским академиком Вернелем(1805—1873), путешественником Ксавье Оммер де гелем (1812—1848), назвавшим в честь Фадеевой одну из ископаемых раковин (лат. Venus Fadiefei), геологом Абихом (1806—1886), академиками Бэолм и Стевеном (1781—1863), Кроме того, она была скромна.
 
Старшая дочь Елена была выдана замуж в 16 лет за артиллерийского капитана Петра Андреевич Гана фон Роттенштерна (1798-1873), и потому стала «армейской дамой», переезжая с места на место. Эти переезды ей были в тягость, но дали массу жизненных впечатлений, на самом деле.
У нее рано проявилась потребность писать. Литературные увлечения могли и стали убежищем для романтически настроенной молодой женщины. Ибо в браке она не обрела радости и покоя, посвяти в себя детям и литературе.

Впрочем,старший сын Александр умер 2-х лет от роду от хронической болезни.

Тогда как две дочери Елены Андреевны унаследовали литературные способности матери, стали известными писательницами.

Третья Елена в семье, Елена Петровна Блаватская- знаменитый философ, мистик, беллетрист, основатель Теософского общества.

И Вера Петровна Желиховская - известная в те времена писательница, ныне забытая, но оставившая интересные воспоминания о матери.

Обеих дочерей после трагической кончины Елены Ганн от чахотки воспитала бабушка, Елена Павловна.
 
Большое впечатление произвели на Елену Ган визиты из провинции в Санкт-Петербург, и на юг Российской империи.

В Петербурге Елена попала в совершенно особенную, столичную культурную среду. Познакомилась со своим будущим издателем О. Сенковским. А в 1837 г. Елена Ган побывала на Кавказе, 

Творчество.

На примере первой повести Елены Андреевны с названием «Идеал» можно разобраться в ее взглядах, творческой манере и увидеть, в чем сходство с Жорж Санд. 
Она была одной из первых писательниц в России. И писала под псевдонимом «Зенеида Р-ва» (Резникова) Все исследователи творчества Елены Ган отмечают автобиографичность ее произведений.

До феминизма ей было как нам до Луны, но она, пусть и не радикально, говорила о роли женщины в современном ей обществе, и печалилась на этот предмет.
Героини Елены Ган – сама любовь, искренность и готовность пожертвовать своей жизнью ради любви. В чем, конечно, автобиографичности нимало не содержится. Елена Ганн не любила мужа, но была ему верна. И как героини Жорж Санд не переходила от любовника к любовнику в поисках родственной души. Так что предложить ей избраннику было и нечего. Литература – для нее тихая жалоба на мир света, сплетен и непонимания идеалов. В суждениях – провинциальность и романтизм.
Итак, повесть
Идеал.

В нем главная героиня, в которой видны черты Елены Ган. И коль уж она пишет о себе как о скромной и элегантной особе, то мы ей верим, ибо пишет она весьма неплохо.
О матери 
«Мать Ольги, умная, почти ученая женщина, была несколько вольнодумна. Не по собственным размышлениям, но в те лета, когда всякий по наружности блистательный афоризм глубоко западает в разум, она прочла все творения философов французской школы и считала непреложные условия женского быта за выдумки, годные только для толпы»
Вот так дочь характеризует свою образованную мать. Несколько вольнодумна.


О муже
(« полковник Гольцберг был добрый немец; славный хозяин в своей батарее, удалой кавалерист, подчас кузнец и шорник, подчас барышник, которого не провел бы ни один цыган: он знал все подробности пушки и зарядного ящика, но сердце женщины было для него тайником непроницаемым. Он женился, потому что ему было сорок лет и хотелось обзавестись хозяйством»)

 О детстве с сестрой
«В счастливой южной стороне, на южном берегу Крыма жили они, не считая дней. Солнце пробуждало их для учения, для прогулок, для неистощимых разговоров; в продолжение коротких южных зим они пламеннее предавались учению под заботливым руководством матери. Но чтобы понять характеры этих двух молодых особ, надобно знать несколько их воспитание»
«Прибавьте к этому совершенное уединение, где ничто не разочаровывало их понятий, где, напротив, все питало в них посеянные семена плодов не нашего века, где развалины генуэзской крепости и высокий утес беспрестанно являлись их пылкому воображению то древней Капитолией, то скалой Тарпейской и где библиотека нескольких сот томов была отворена для них от тринадцатилетнего возраста.» 

О жизни армейской дамы.

«Знаете ли вы, что такое жизнь называемой военной дамы? Ольга вышла замуж, и несколько дней спустя карета их выехала в грязные улицы жидовского местечка.»
«Теперь, после многих лет разлуки Ольга и Вера столкнулись неожиданно в городке, куда переведена была артиллерийская батарея, которой командовал Гольцберг. Они сделались неразлучными, несмотря на гнев городских дам».

«И Ольга снова брошена в новый мир. Снова незнакомые лица, незнакомые места. Эта странствующая жизнь для дамы очень непривлекательна. Однако ж в характере человека есть способность сродняться с самым неприятным положением. Тесная лачужка, вид грязной улицы, полудикие хохлы с их стоическою беззаботностью равнодушием ко всему, пока у них есть миска галушек и чарка водки, все это нисколько не заманчиво в настоящем; но, покидая эти предметы, невольный вздох вылетает из сердца; тайная цепь привычки привязывает нас к ним»
«Евгения Антоновна, которая вышла замуж по собственному выбору, утверждала, что нет другого счастия в мире, как обвенчаться с любимым человеком и жить, не смотря ни в прошедшее, ни в будущее.»

О пошлом обществе и ничтожестве людей.

Общество походило на огромного истукана, для которого душа не была еще ассигнована.
губернатор важно вошел в дверь, ведя под руку свою величественную половину, украшенную блондами, цветами, перьями, ярко-малиновым беретом и бронзовою фероньеркою, которой три висящие qrejk{xj` качались как маятники над ее широким носом.
губернатор прошелся со всеми супругами своих подчиненных, строго соблюдая старшинство чинов, а губернаторша со всеми офицерами, строго соблюдая постепенность их миловидности

.О несчастной любви к поэту.

 которому оказывается мало разговоров на тему общности души и вздохов. Он выказывает чисто мужскую склонность к реальным утехам (жгучая неаполитанская красотка ей дорогу перешла),

«Поэт доказывал самым поэтическим образом, будто истинная любовь не требует законных связей и так далее, что всегда и на всех языках доказывают молодые поэты. 
Характер Анатолия был в совершенном разногласии с теми чувствами, которые он выказывал в своих творениях: огненный и возвышенный в стихах, в сущности он был человек самый обыкновенный, жаден ко всем удовольствиям, буен в кругу товарищей и ловелас с женщинами»
 
О мужской низости от первого лица:

«A propos, знаешь ли, в каком я смешном положении? я не смею казаться в свете и в театре бываю только в закрытой ложе обворожительной графини Омброзо. Мои услужливые друзья, по просьбе моей, распустили слух о моей смертельной болезни, и для чего? Смейся, смейся, граф; все для моей духовной, туманной Гольцберг; признаться, она мне уже надоела, но не хочется бросить начатое неоконченным из сострадания, я должен обратить ее к земным помышлениям. Но бог с ней; поговорим о моей неаполитанской чародейке: она делает из жизни моей рай, я не думал, чтобы я был еще в состоянии влюбиться до такой степени».

О религиозном чувстве и спасении

«Свет полился сквозь готическое окно часовни и озарил полным сиянием небесное лицо Деннекерова Спасителя.»

Категория: Здесь живо писали. | Добавил: une (19.07.2018)
Просмотров: 11 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0